aif.ru counter
11.07.2013 00:00
13

Путь к коллапсу

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 28. Аргументы и факты - Томск 11/07/2013

Законопроект о реформе РАН вызвал возмущение научного сообщества Сибири. В открытом письме ученых Сибирского отделения академии президенту, правительству, парламенту закон был расценен "как намерение разгромить сложившуюся эффективную систему организации фундаментальной науки в России, лишить страну главного преимущества в глобальной конкуренции за экономическое развитие". Поддерживает это мнение и наш сегодняшний собеседник председатель президиума Томского научного центра академии, директор Института сильноточной электроники Николай Ратахин.

"Нам приклеивается ярлык"

- Николай Александрович, судя по резкому, непривычному для людей науки тону письма, наступил предел возмущения ученых, которое копилось еще с девяностых годов прошлого века...

- Думаю, переполнило чашу терпения коллег лицемерие министра образования и его коллег. Сравнительно недавно они были в Сибирском отделении РАН, и называли его образцом академической науки, давшим стране выдающихся ученых и государственных деятелей. И вот - закон, уничтожающий российскую академию и ее Сибирское отделение, которым они так восхищались.

При этом не говорится четко, что же будет вместо нашего и других отделений в федеральных округах. Произносятся обычные для этих чиновников заявления, что надо что-то делать, что-то улучшать. Оценка работы дается непрофессионально, нам приклеивается ярлык - академия неэффективна.

В доказательство прозвучало заявление Ливанова, что за десять лет финансирование российской науки выросло в десять раз, а доля научных публикаций не увеличилась, статей, мол, пуб-

ликуете меньше, чем западные ученые.

Первое лукавство в этом заявлении - не берется в расчет, что мы только в первые годы нового века вышли из ямы перестройки и тяжелейших девяностых, когда наука упала по финансированию ниже советского уровня, и мы жили, по сути, старым капиталом.

А второе лукавство в том, что не в десять раз увеличилось финансирование, если считать с 2004 года, а в три - три с половиной раза. При этом еще надо инфляцию учитывать. И третье лукавство - в сравнении публикаций по количеству. Бывший томич, академик Геннадий Месяц, говорит, что считать надо по научному весу, а не по числу, и в этом академия не уступает. И, кстати, средние затраты на статью одного уровня в России не выше, чем за рубежом.

"Не понимаю этих спекуляций"

- Разработчики закона ставят в вину академическим институтам, что они мало зарабатывают по сравнению с западными научными структурами.

- У нас любят ссылаться на западные мерки, на Европу. А скажите, в Европе такие глупые правители и лидеры науки, что вбухали миллиарды долларов в коллайдер, чтобы открыть бозон Хиггса, который никому ничего сейчас материального на хлеб не намажет?.. Не понимаю этих спекуляций сравнения. Да, в материальной эффективности мы проигрываем.

Но надо тогда сказать, что бюджет РАН примерно 1,7 миллиарда долларов. Для сравнения: бюджет немецкого научного Общества Макса Планка составляет 1,3 миллиарда евро, что составляет лишь около 2% от всех расходов на науку в Германии. Не говоря уж про Китай, где расходы на науку составляют несколько процентов ВВП.

Зарабатывать надо, мы и зарабатываем, но российский рынок не готов пока массово приобретать инновационные разработки. Поэтому конкурируем, и успешно, на нескольких зарубежных рынках. Наш Институт сильноточной электроники, к примеру, продает свои разработки лабораторного оборудования во многие ведущие страны мира.

Недавно у нас был один из сотрудников Ливанова, и я спросил, что такое, на его взгляд, успешность работы академических институтов с точки зрения их востребованности. Честно - спросил не без подвоха, поскольку об этом часто говорят в министерстве, не зная истинного положения дел. И он попался "на удочку".

"Успешная зарубежная наукоемкая фирма, - объясняет, - делая нужный продукт, обновляет его каждый год на 10-12 процентов".

"А у нас обновляется на 25", - отвечаю. Немая сцена. Узнав про закон, мне говорили: "Ваш институт хороший, вам хуже не будет". Я не считаю, что другие институты Сибирского отделения РАН хуже, но младореформаторы ситуацию глубоко не изучили и стремились мгновенно, по-гайдаровски, изменить структуру академии.

Уже не раз министерство образования без обсуждения со специалистами выдвигало проекты, которые вызывали возмущение, будоражили страну. Сейчас оно также не может объяснить, почему была такая закрытость и спешка в подготовке закона.

"Наука - элемент защиты страны"

- Реформа РАН предполагает также, что институты академии станут лабораториями. Это как?

- В понимании реформаторов институт - это коробка, инфраструктура, главное - лаборатории по западному образцу. Но на Западе лаборатории (например, Сандийская, Ливерморская) - это тысячи человек, там есть своя внутренняя структура. Наши разработчики закона считают, если есть заказ, грант, то лаборатория будет работать, нет - сотрудники разбегаются в поисках той, у которой есть заказ.

То есть формально государство должно отказаться от структуры, поддерживающей науку... Нашим реформаторам надо бы не лицемерить, а ясно сказать: хотят они, чтобы мы были как Саудовская Аравия, которая прекрасно живет на нефти, без науки, или мы как Южная Корея будем покупать новейшие разработки и заводы, опять же не тратясь особо на науку?

Вопрос стоит именно так - или мы великая страна с развитой фундаментальной и прикладной наукой, как важным элементом защиты страны, ее суверенитета, или что-то среднее, где появятся выдающиеся ученые - хорошо, не появятся - и не надо, потому что мы - сырьевая страна. В открытом письме ученых Сибирского отделения по поводу предложенной министерством реформы РАН говорилось, что это путь к ее коллапсу.

- Упрек реформаторов РАН, что академия сильно постарела и старые ученые не дают хода молодежи, принимаете?

- Знаете, мне не раз приходилось слушать академика, нобелевского лауреата Виталия Гинзбурга, когда ему было девяносто лет. Каждому бы молодому человеку такую ясность суждений, остроту мысли... Это к слову. Вновь напоминаю о перестройке и девяностых, когда академию посадили на голодный паек и молодые ученые - сейчас им было бы 45-50 лет, самый творческий возраст - ушли из науки в бизнес, торговлю, строительство, чтобы спасать семьи, кормить детей. Академия выдержала, поднялась.

И, кстати, именно сейчас к нам приходит молодежь, причем, что меня радует, многие с красными дипломами. Но новое поколение ученых не состоится без опыта старших, без преемственности.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество